# Пражское воззвание

Томас Мюнцер

## Пражское воззвание

Томас Мюнцер. 1521.

Известны четыре варианта Пражского воззвания:

• краткий вариант на немецком языке, написанный Мюнцером на большом листе бумаги, как для плаката;

• почти втрое расширенная немецкая версия, список которой выполнен не мюнцеровской рукой и датирован 29 ноября 1521 г.;

• латинский текст, написанный Мюнцером и датированный 1521 годом без указания месяца;

• чешский вариант, в котором часто видят незаконченный перевод расширенного немецкого текста, сделанный без глубокого понимания многих сложных по смыслу выражений Мюнцера.

Здесь приводится перевод короткого текста немецкого автографа, написанного рукой Томаса Мюнцера[1].


Прага, 1 ноября 1521 г.

Я, Томас Мюнцер из Штольберга, объявляю перед церковью и всем миром, перед всеми, кому могут быть показаны эти писания: я готов призвать в свидетели Христа и всех избранных, знавших меня с младых лет, что я приложил величайшее старание, желая достичь высоких познаний в святой неопровержимой вере Христовой. И никогда за всю мою жизнь (господь знает, что я не лгу) я не получил ни от одного монаха или попа указаний об истинном соблюдении веры и о необходимости испытания, чрез которое мы познаем веру в духе страха божьего. Также ни один из них не указал мне, что всякий избранный должен быть наделён дарами духа святого до семи раз. Ни от одного книжника я не слыхал ни словечка об уставе божьем, данном всему творению его, и о единственном пути познания целого — чрез познание всех частей его[2]. Этого не слыхали от тех, кто хочет казаться христианином, а особенно — от окаянных попов. Я узнавал от них только букву святого писания, которую они украли из библии, как грабители и разбойники. О таком воровстве говорит Иеремия в главе 23, что они из уст ближнего своего крадут слово божье, которое они сами никогда не слыхали от бога[3]. Да, хороши проповедники, которых сам дьявол посвятил в их дело.

Павел во втором послании к коринфянам в главе третьей пишет, что сердце человека есть та бумага или пергамент, на которых господь не чернилами, а перстом своим вписывает свою неотвратимую волю и вечную мудрость[4], и эти письмена может понять каждый человек, если у него здравый разум[5]. Иеремия и Иезекииль также говорят, что господь пишет заповеди свои на третий день окропления, когда у человека открывается разум. Так бог свершает со своими избранными от начала веков, дабы они получили не слабое, а неопровержимое свидетельство духа святого, что мы дети божьи. Тот же, кто не ощущает в себе духа Христова и кто не имеет его, тот не причастен Христу, он принадлежит дьяволу (Рим., 8)[6].

Мир, введенный в заблуждение всякими сектами, уже давно стремится к правде. Но здесь-то и сбываются слова Иеремии, что дети требовали хлеба, но не нашлось никого, кто бы преломил его для них[7]. И до нас, и в наше время были многие, кто этот хлеб, то есть слово божие, не преломили, и не в духе, а в букве писания бросили, как собакам. О заметь, заметь это! Они его не преломили, не разъяснили истинного духа страха божьего, и те не получили истинного наставления в том, что они дети божьи.

Вот отсюда и выходит так, что, когда надо защищать истину, христиане становятся подобны трусам. А кое-кто ещё осмеливается болтать, что бог больше не говорит с людьми, как будто он стал немым. Они полагают, что достаточно написанного в книгах и что это можно преподнести людям в сыром виде, как аист — лягушек своим птенцам в гнезде. Они не хотят поступать, как наседка, которая обхаживает своих птенцов и согревает их. Они не наделяют людей истинным словом божьим, пребывающим в сердцах всех избранных, подобно тому как мать кормит ребенка молоком. Они поступают как Валаам: он имел на устах своих лишь букву закона, но сердце его было за сто тысяч верст от писания[8].

Не было бы ничего удивительного, если бы господь из-за глупости нашей дурацкой веры превратил нас в прах. Меня также не удивляет, что все племена людей издеваются над нами, христианами, и оплевывают нас. Да никто иначе и не может поступать. Вот тут и вот тут это написано. Да уж, любезные господа, это прекрасное доказательство, выдуманное в курятнике. Если простой или неверующий человек придет туда, где мы собрались, и мы пожелаем одурачить его такой болтовней, то он скажет: «Что вы — с ума сошли или одурели? Какое мне дело до вашего писания?» Но если мы будем проповедовать правдивое, живое слово божье, то сможем убедить неверующего и направить его к тому, дабы скрытое в его сердце открылось и дабы он вынужден был смиренно признать, что бог пребывает в нас самих. Ведь как раз об этом свидетельствует Павел в первом послании к коринфянам, в главе 14, где он говорит, что проповедник, не имея откровения, не в состоянии будет проповедовать слово божие. Иначе сам черт не поверит, что христианская вера — вера истинная. Но это отвергается служителями антихриста. Если бы они были правы, то сам бог мог бы показаться глупым или безумцем, ибо он сам сказал, что слово его не прейдет вовеки. А разве могло бы оно пребывать, если бы господь перестал говорить?

Если у тебя есть мозги в голове, вдумайся в текст: «Небо и земля прейдут, а слово мое пребудет вовеки»[9]. Разве оно только в книгах написано? И неужели бог сказал его один раз, а затем оно исчезло в воздухе? Тогда это не может быть словом предвечного бога, а есть лишь создание нашего вымысла, взятое нашим умом извне. Но такое, по Иеремии, противоречит истинному положению и правилам святой веры. И посему все пророки утверждают: «Так говорит господь». Они не говорят: «Это сказал господь», будто это уже прошло. Они говорят в настоящем времени.

Тяжко лег мне на сердце невыносимый и злостный ущерб, причиняемый христианству, когда я со всем тщанием прочел историю отцов церкви и нашел, что после смерти учеников апостолов непорочная, девственная церковь превратилась в блудницу. И всё это случилось по вине книжников, желающих всегда занимать первое место, о чем пишет Гегесипп, а за ним Евсевий, в 22-й главе 4-й книги[10].

Также я увидел, что ни на одном соборе не дали истинного отчёта о крепком живом порядке безобманного слова божия. Там занимались пустыми детскими забавами. По божьему снисхождению это все было допущено, дабы выявить дела людей. Но, упаси боже, никогда больше не будет такого, чтобы попы и обезьяны представляли христианскую церковь. Избранным друзьям божьим следует научиться пророчествовать и возвещать слово божье, как наставляет нас Павел, дабы могли они воистину узнать, сколь любовно и охотно господь говорит со всеми своими избранниками. Чтобы открыть миру это учение, я готов пожертвовать во имя божие своей жизнью.

Господь совершит удивительные дела со своими избранными, особенно в этой стране. Ибо здесь возьмёт начало новая церковь и народ сей будет образцом для всего мира. Потому-то и призываю я каждого, чтобы он помог защитить слово божие. Я могу ясно доказать, ведомый духом Илии, что тебя приучили приносить жертвы Ваалу. Если же ты не сделаешь, как я говорю, то господь позволит туркам убить тебя в будущем году. Я уверен, что говорю правду. Я готов перенести за это те же страдания, какие перенес Иеремия.

Примите это к сердцу, дорогие жители Богемии. Не я один требую от вас отчёта, как учат меня слова Петра, но сам господь его требует. Я же, со своей стороны, отчитаюсь вам. И если я не знаю учения, которым в высшей степени горжусь, то пусть стану я чадом скорой и вечной смерти. Более высокого залога я дать не могу.

Да хранит вас Христос.

Написано в Праге в 1521 году в день всех святых.

1

М. М. Смирина, В. М. Володарского. Текст по изданию: Томас Мюнцер. Пражское воззвание. Письма // Средние века, Вып. 52. 1989

2

Один из центральных религиозно философских тезисов Мюнцера. М. М. Смирин справедливо отмечал его связь с записью Мюнцера на обороте письма от 15 июня 1521 г.: «В целом коренится источник лучшего понимания творения, потому что, когда рукотворное познается в целом, познание его так же похвально, как познание бога». (Смирин М. М. Народная реформация Томаса Мюнцера и Великая Крестьянская война. М., 1955. С. 85).

3

Иер. 23, 30. В главе речь идет о пророчествующих «не от уст Господних». Пересказывая друг другу «сны свои», они подменяют ложью слово божие, «подобное огню».

4

2 Кор. 3, 3.

5

О рационалистических элементах в теологии Мюнцера см.: Смирин М. М. Народная реформация. С. 100 — 101.

6

Ил. Иер. 4, 4.

7

Рим. 8, 9.

8

Мюнцер достаточно вольно интерпретирует текст Чис. 22. 20 — 38, используя также Ис. 29, 13.

9

Мф. 24 , 35.

10

Речь идёт о «Церковной истории» в 10 книгах Евсевия Памфила, епископа Кесарийского (265 — 340), основателя патриотической историографии. Он использовал не дошедшие до нас «Записи» — труд в 5 книгах церковного писателя II в. Гегесиппа.